Золотая бабка алтын сака что это

Опубликовано: 13.08.2022

Худ. И. Кузнецов

Худ. И. Кузнецов

Когда-то, давным-давно, жили старик со старухой. У них был всего один сын, Алтын-сака — золотая баб­ка. Звали его так потому, что у него была золотая бабка — биток. В бабки он играл лучше всех — никто не мог его обыграть.

Как-то раз старик отправился на озеро поить ло­шадей. Пригнал табун к воде, а лошади гривами и хвостами трясут, копытами бьют, ржут тревожно, от озера отступают: кто-то хватает их за гривы, тянет за губы — пить не даёт.

«Что там такое? — думает старик.— Надо посмотреть».

Только он нагнулся к воде — кто-то хвать его за бороду! Попробовал старик вырваться — не может.

Видит старик — вцепилась ему в бороду сама ста­руха убыр — ведьма. Стал он просить её:

— Эй, убыр, отпусти меня, не держи! Стадо бара­нов тебе за это дам!

— Не нужны мне твои бараны! — отвечает убыр.

— Табун коней тебе дам, только отпусти!

— И коней твоих мне не нужно.

— Что же тебе тогда дать?

— Дай мне то, что у тебя только одно в юрте.

Старик в испуге и не подумал, что это у него одно в юрте.

— Хорошо,— говорит,— отдам, только отпусти!

Отпустила его убыр и сказала:

— Смотри, от меня нигде не спрячешься: везде разыщу!

Вернулся старик домой и тут только догадался, чего требовала у него убыр: ведь один-то у него был только сын, Алтын-сака.

Загоревал старик, а жене и сыну ничего не рас­сказал. Только одно промолвил:

— Надо нам подальше откочевать, здесь места плохие!

Перекочевали они подальше, поставили юрту. На другой день Алтын-сака хватился своей золотой бабки:

— Где моя золотая бабка?

— Видно, осталась там, где мы прежде жили. Только ты туда не езди: там тебя убыр схватит.

И рассказал всё, что с ним у озера было.

Выслушал Алтын-сака слова отца и говорит:

— Не боюсь я убыр! Не схватит она меня! Скажи только: на какой лошади мне ехать?

Стал отец отговаривать сына, а тот на своём сто­ит: не боюсь убыр, поеду. Видит отец — не отгово­ришь его.

— Ладно,— отвечает,— будь по-твоему, поезжай! Ступай в табун, тряхни короком, побренчи уздой — какая лошадь к тебе подойдёт, на той и поезжай.

Пошёл Алтын-сака к табуну. Потряс он короком, побренчал уздой, и сейчас же к нему подбежал шер­шавый, тощий жеребёнок. Отогнал его Алтын-сака, пошёл к отцу и спрашивает:

— Отец, скажи, на какой лошади мне ехать?

— Говорю ведь тебе: тряхни короком, побренчи уздой! — отвечает отец.

Снова Алтын-сака пошёл к табуну. Тряхнул он короком, побренчал уздой — опять подбежал к нему тот же самый жеребёнок.

— Видно, на нём и ехать надо,— сказал Алтын-сака.

Только прикоснулся он рукой к шее жеребёнка — тотчас спала с жеребёнка свалявшаяся, грязная шерсть. Только надел узду — жеребёнок стал сильным и гладким. Только вывел его из индека — жеребёнок превратился в статного, рослого коня. Только нало­жил седло — превратился конь в лучшего скакуна во всём табуне. Спрашивает он Алтын-сака:

— Куда едешь, егет?

— Еду на прежнюю нашу кочёвку, за моей золо­той бабкой,— отвечает Алтын-сака.

— Там тебя ждёт злая убыр,— говорит конь.— Скажет она тебе: «Спустись с коня, возьми свою баб­ку». Ты её не слушай, не слезай с меня. Слезешь — погибнешь, сожрёт тебя убыр! Будь ловче сокола — нагнись и схвати свою золотую бабку.

Поскакал Алтын-сака на своём коне на прежнюю кочёвку. Смотрит: старуха убыр сидит у огня, греет руки. Алтын-сака говорит:

— Бабушка, отдай мне мою золотую бабку!

— Эй, сынок,— отвечает убыр,— вот твоя бабка, спустись с коня, возьми её сам, а у меня спина болит, не могу встать.

И показала золотую бабку.

Конь в это время пригнулся к земле, а Алтын-сака изловчился и схватил бабку. Поскакал его буланый конь что есть силы. А убыр завыла от злости, вско­чила, плюнула раз — появилась чёрная толстая ло­шадь, плюнула ещё раз — появились поводья. Вско­чила убыр на свою лошадь и пустилась в погоню за Алтын-сака.

Скачет Алтын-сака на своём буланом коне, а убыр — на своей толстой чёрной лошади. Вот-вот на­гонит его, вот-вот схватит! Только у её лошади под­вернулась нога. Захрапела она, захромала, стала от­ставать.

Дёргает убыр чёрную лошадь за поводья, бьёт её пятками в бока, а лошадь всё тише и тише идёт.

Разозлилась убыр, да с досады и съела свою ло­шадь. Съела и пустилась в погоню бегом.

Бежит убыр, сама себя подгоняет — бьёт себя ку­лаками и по спине и по бокам. Настигла она буланого коня, укусила его за правую ногу. Поскакал конь на трёх ногах. А убыр не отстаёт — опять догнала коня, укусила его за левую ногу. Собрал конь последние си­лы, стал уносить Алтын-сака от убыр. Да не много у него силы осталось.

Доскакал он до озера и говорит:

— Не могу я больше бежать! Спрячусь от убыр в озеро, а ты поскорее взберись вот на тот дуб. Зажи­вут мои ноги — повезу тебя дальше.

Сказал это конь и нырнул в озеро. А Алтын-сака быстро взобрался на дуб, что рос возле озера, и усел­ся на самой вершине.

Прибежала убыр, увидела Алтын-сака на дубу и кричит:

— Попался теперь, стащу тебя вниз, съем тебя!

Плюнула она раз — появился топор. Вытащила убыр изо рта зуб и давай точить на нём топор. Нато­чила и принялась рубить дуб. Щепки так во все сто­роны и летят.

Прибежала на шум лисица и спрашивает:

— Эй, бабушка, зачем рубишь дуб?

— Или не видишь, кто на дубу сидит? — спраши­вает убыр.— Срублю дуб, схвачу этого егета и съем его!

Взглянула лисица на дуб, видит — сидит на вер­шине хороший егет. Пожалела его лисица и говорит убыр:

— Старая ты! Зачем мучаешь себя? Дай я за тебя дуб срублю!

— Нет, нет! — говорит убыр.— Я сама дуб сруб­лю, сама егета съем!

А лисица не отстаёт от неё:

— Я дуб срублю, а ты егета съешь!

Дала убыр лисице топор, а сама легла под дубом да сейчас же и заснула. Убыр спит, храпит — изо рта, из носа у неё искры сыплются, дым валит. А лисица тем временем и топор и зуб-точило в озеро бросила, собрала все щепки и приложила к порубленному ме­сту. Поплевала, полизала — щепки тотчас и прирос­ли, стал дуб опять целым.

Худ. И. Кузнецов

Худ. И. Кузнецов

Сделала это лисица и говорит:

— Ну, егет, прощай! — и убежала.

Проснулась убыр, глянула на дуб и говорит:

— Что это видят мои глаза? Дуб опять цел, будто я его и не рубила!

Обругала убыр лисицу, потом плюнула раз — по­явился топор. Вытащила убыр изо рта второй зуб— принялась точить топор. Точит, а сама поглядывает на Алтын-сака и говорит:

— Срублю дуб, съем тебя!

Наточила убыр топор, стала дуб рубить. Летят щепки во все стороны, трясётся дуб, ещё немного по­рубить — и свалится.

Прибежала лисица и спрашивает:

— Что делаешь, бабушка?

— Хочу вот этого егета достать — съесть!

— Не утруждай ты себя! Разреши мне дуб сру­бить!

— Нет, нет! — ворчит убыр.— Сама срублю! Сама егета съем!

— Я для тебя дуб срублю, а ты егета съешь! — говорит лисица.

— Нет! — кричит убыр.— Не дам тебе топор! Была здесь одна лисица, тоже обещала мне помочь, да обманула меня!

— А какого она цвета? — спрашивает лисица.

— Рыжая она! — отвечает убыр.

— А ты, бабушка, не верь рыжим,— говорит ли­сица.— Рыжие — все обманщицы. Верь только нам, чёрным лисицам!

Глянула убыр — лисица и вправду чёрная. Отда­ла она лисице топор, а сама легла и тотчас захрапе­ла — изо рта, из носа искры у неё сыплются, дым валит.

Чёрная лисица топор и зуб-точило в озеро броси­ла, щепки к рубленому месту приложила, поплевала на них, полизала их, они и приросли крепко. Опять дуб стал целым. Попрощалась лисица с Алтын-сака и убежала.

Немного спустя проснулась убыр. Взглянула на дуб и давай кричать:

— Что это видят мои глаза? Дуб опять цел!

Плюнула убыр — появился топор. Вытащила она у себя изо рта третий зуб — стала точить топор. Нато­чила и принялась дуб рубить. Рубит, а сама и егета и лисицу на чём свет стоит ругает. Рубила-рубила убыр, до половины дуб перерубила. Смотрит Алтын-сака вниз и думает:

«Не спастись мне теперь от убыр. »

Глядь — бежит белая лисица. Подбежала к дубу и говорит убыр:

— Бабушка, давай я помогу тебе — буду дуб ру­бить!

— Убирайся прочь, пока цела! — кричит убыр.— Уже два раза обманули меня лисицы и убежали!

— Какие они были, бабушка? — спрашивает ли­сица.

— Одна рыжая, другая чёрная,— отвечает убыр.

— Не верь, бабушка, рыжим и чёрным,— говорит лисица,— они всех обманывают. Верь только нам, бе­лым полевым лисицам! Я тебя не обману, я помогу тебе!

Дала убыр лисице топор и легла спать. А лисица бросила топор и зуб-точило в озеро, собрала быстро щепки и приложила их на рубленое место. Поплева­ла, полизала — они и приросли.

— Ну, егет,— говорит лисица,— три раза я тебе помогала, и чёрной и белой глиной шкуру красила, чтобы убыр меня не узнала. А теперь больше ничем не могу тебе помочь!

Попрощалась и убежала.

Проснулась убыр и закричала:

— Что это видят мои глаза? Дуб будто никогда и не рубили!

Плюнула она — появился топор. Вытащила изо рта последний зуб — стала топор точить. Наточила и давай дуб рубить. Рубит и бормочет:

— Теперь никаких помощников не возьму! Сама управлюсь!

Летят щепки во все стороны, качается дуб, скри­пит — вот-вот рухнет.

Видит Алтын-сака — не спастись ему от убыр. Си­дит он, раздумывает: что делать? Вдруг прилетел во­рон и сел на вершину дуба. Стал Алтын-сака просить ворона:

— Эй, друг ворон! Ты везде летаешь, везде быва­ешь. Лети на наше новое кочевье, найди моих собак

Аккулака и Актырнака, скажи им, чтоб бежали ко мне на помощь!

— Не полечу,— отвечает ворон.— Пусть тебя схватит убыр: будет тогда и мне пожива!

Уселся на ветку, стал ждать.

Смотрит Алтын-сака по сторонам: не будет ли от­куда помощи? В это время подлетела к дубу сорока. Алтын-сака говорит ей:

— Эй, друг сорока! Везде ты летаешь, везде бы­ваешь. Лети на наше новое кочевье, скажи моим со­бакам Аккулаку и Актырнаку, чтоб бежали скорее ко мне на помощь!

— Зачем? — отвечает сорока.— Когда убыр будет есть тебя, перепадёт и мне что-нибудь!

Ещё больше загоревал Алтын-сака.

«Скоро конец мне!» — думает.

В это время появилась у него над головой стайка воробьёв. Алтын-сака говорит им:

— Эй, друзья, серые воробышки! Летите на наше новое кочевье, найдите моих собак Аккулака и Актыр­нака, скажите им: хочет убыр погубить вашего хо­зяина!

— Найдём! Найдём! Скажем! Скажем! — зачири­кали воробьи и улетели быстро.

Прилетели воробьи на кочёвку, нашли собак. А со­баки всюду бегали, давно уж разыскивали своего хо­зяина и так устали, что упали как камни и заснули. Стали воробьи клевать их в уши, стали будить. Раз­будили и давай чирикать:

— Эй, Аккулак и Актырнак! Бегите скорее к боль­шому дубу, что растёт возле озера, спасайте своего хозяина — убыр его съесть хочет!

Вскочили Аккулак и Актырнак и помчались на помощь Алтын-сака. Воробьи над дорогой летят, со­баки вслед за ними по дороге бегут, пыль поднимают.

Завидела убыр пыль и спрашивает Алтын-сака:

— Егет, егет, посмотри, что это за пыль на до­роге?

— Это мне на радость, а тебе на горе! — отвечает Алтын-сака.

Заслышала убыр топот собачьих ног и спраши­вает:

— Егет, егет, что это за гром гремит?

— Это мне на радость, а тебе на горе! — отвечает Алтын-сака.

В это время Аккулак и Актырнак подбежали, ки­нулись на убыр и давай её рвать да кусать. Убыр ис­пугалась, бросила топор в озеро и сама туда же ныр­нула. Собаки говорят Алтын-сака:

— Сейчас и мы за убыр в озеро нырнём, а ты смотри на воду: если мы убыр убьём — вода в озере почернеет; если убыр нас убьёт — вода красной станет.

Сказали и бросились в озеро.

Забурлило озеро, волнами покрылось.

Смотрит Алтын-сака — покраснела вода. «Ну,— думает,— убила убыр моих собак!» Ещё раз глянул, видит — стала вода чёрной. Обрадовался Алтын-са­ка, засмеялся и слез с дуба. Тут Аккулак и Актырнак вышли из воды, стали отряхиваться.

— Почему вода в озере сначала покраснела? — спрашивает их Алтын-сака.

— Потому что убыр стала одолевать нас и ото­рвала мне ухо, да мы скоро расправились с ней!

Вслед за собаками вышел из озера и буланый конь.

— Ну,— говорит,— садись на меня, егет, повезу тебя домой!

Вернулся Алтын-сака на кочёвку живой и невре­димый. Обрадовались отец и мать, устроили большой пир. Созвали на пир всех родных и всех знакомых. Девять дней ели, девять дней пили, девять дней ве­селились.

Д ав­но-дав­но жил один ста­рик со ста­рухой. У них был один толь­ко сын, по име­ни Зо­лотая Баб­ка (Ал­тын-са­ка). У это­го маль­чи­ка бы­ла зо­лотая баб­ка — би­ток; он иг­рал с ре­бята­ми в баб­ки и всег­да вы­иг­ры­вал.
Од­нажды отец его по­шел на озе­ро по­ить ско­тину; приг­нал та­бун на во­ду, а ско­тина не пь­ет: хвос­та­ми и но­гами бол­та­ет и бо­рода­ми тря­сет, а не пь­ет. В во­де кто-то хва­тал ско­тину за бо­роду и на­чинал тя­нуть за гу­бу. Это бы­ла ста­руха убыр (кол­дунья, ведь­ма).

Ста­рик ска­зал ей: «Пус­ти мою ско­тину, не дер­жи!» — «От­дай мне то, что у те­бя од­но толь­ко!» — «Ста­до ба­ранов от­дам, от­пусти!» — го­ворил ста­рик. — «Нет, что од­но толь­ко у те­бя, то от­дай!» — Ста­рик: «Ну, от­дам!» — го­ворит. — Тог­да от­пусти­ла ско­тин­ку.

Ста­рик ре­шил тог­да пе­реко­чевать с семь­ей на дру­гое мес­то. Взял на преж­нем мес­те за­рыл в зо­лу зо­лотую баб­ку сы­на и у­ехал.

Пе­реко­чева­ли они в дру­гую зем­лю. Сын и спра­шива­ет от­ца: «Отец, где моя зо­лотая баб­ка?» — Отец от­ве­тил: «Спро­си у ма­тери». — Спро­сил ма­тери. Та ска­зала: «Она ос­та­лась в той зем­ле, где мы преж­де жи­ли; в зо­лу за­хоро­нили ее».

Сын спра­шива­ет от­ца: «На ка­кую ло­шадь са­дить­ся мне? (Что­бы ехать за зо­лотой баб­кой)». — Отец от­ве­тил: «Тря­си ар­ка­ном, тря­си уз­дой!» — Сын тряс ар­ка­ном, тряс уз­дой — один ху­дой же­ребе­нок взгля­нул на не­го. — «Отец, отец, на ка­кую ло­шадь мне са­дить­ся?» — «Ай, е…» Го­ворил ведь я те­бе: тря­си ар­ка­ном, тря­си уз­дой!» — Стал опять тряс­ти ар­ка­ном, по­том уз­дой — да­веш­ний пло­хой же­ребе­нок опять взгля­нул на не­го. Тог­да он осед­лал это­го же­ребен­ка, сел на не­го — и ста­ла хо­рошая ло­шадь. Сел и по­ехал.

По­ехал, ви­дит: ка­кая-то ста­руха си­дит и иг­ра­ет с его зо­лотой баб­кой. — «Ба­буш­ка, дай мне зо­лотую баб­ку!» — «Нет, ди­тят­ко, у ме­ня спи­на бо­лит; сле­зай, бе­ри сам!» — В это вре­мя ло­шадь у маль­чи­ка по­вер­ну­лась на ко­лен­ках, взя­ла у убы­ра зо­лотую баб­ку и убе­жала.

Тог­да ста­руха убыр плю­нула — стал пест, хар­кну­ла — ста­ла сту­па; се­ла на пест вер­хом и по­гоня­ет сту­пой, го­нит сле­дом за Зо­лотой Баб­кой. Зо­лотая Баб­ка си­дел на ма­лой бу­ланой ло­шади, а убыр — на боль­шой бу­ланой. Едут. Ло­шадь у убы­ра прис­та­ла и за­пела:
Бу­ланый бра­тец, по­дож­ди!

Но­ги у ме­ня прис­та­ли!

Та от­ве­ча­ет:
Бу­ланый бра­тец, не бу­ду ждать.

Пусть прис­та­ют твои но­ги!

Убыр слу­шала, слу­шала да и го­ворит: «Что это та­кое?!» — Взя­ла да и съ­ела свою ло­шадь.
По­том и мо­лодой бу­лан­ко ос­та­новил­ся и ска­зал Зо­лотой Баб­ке: «Те­перь я не мо­гу боль­ше ид­ти. Ты са­дись вот на это де­рево!» — Ска­зал и ныр­нул в во­ду.

Ста­руха убыр приш­ла, плю­нула — сде­лал­ся бру­сок (то­чило), хар­кну­ла — сде­лал­ся то­пор. Ру­бит то де­рево, на ко­тором си­дит Зо­лотая Баб­ка, и по­ет. По­лови­ну сру­била. Приш­ла ли­сица и го­ворит: «Эй, ба­буш­ка, брось ру­бить! Да­вай я до­руб­лю». — Убыр: «Нет, нет! Я са­ма до­руб­лю!» — Ли­сица опять: «Эй, ба­буш­ка, брось! Да­вай я до­руб­лю!» — От­да­ла, са­ма лег­ла спать. Убыр ста­руха спит, а ли­сица то­пор и бру­сок бро­сила в во­ду, нас… на руб­ленное мес­то, и де­рево вновь ста­ло цель­ным.

Ста­руха убыр вста­ла: «Что это ви­дят мои гла­за?!» — По­том плю­нула — ста­ло то­чило, хар­кну­ла — стал то­пор; на­чала ру­бить. По­лови­ну сру­била, при­бежа­ла дру­гая ли­сица: «Эй, ба­буш­ка! Брось, я до­руб­лю!» — Убыр: «Нет! Сей­час бы­ла од­на (ли­сица), об­ма­нула ме­ня и убе­жала». — «Нет, я не об­ма­ну! Та ка­кая бы­ла, ба­буш­ка? Крас­ная? Я не об­ма­ну!» — Тог­да ста­руха от­да­ла то­пор, са­ма лег­ла спать. Ли­са то­пор и то­чило бро­сила в во­ду, нас… на руб­ленное мес­то, и де­рево ста­ло це­лым.

Ста­руха вста­ла: «Что это ви­дят мои гла­за?» — По­том плю­нула — ста­ло то­чило, хар­кну­ла — сде­лал­ся то­пор; на­чала ру­бить. По­лови­ну сру­била; при­бежа­ла еще ли­сица: «Ба­буш­ка, да­вай я бу­ду ру­бить!» — «Нет, два ра­за об­ма­нули ме­ня и убе­жали», — ска­зала ста­руха. — «Ка­кие же они бы­ли, ба­буш­ка?» — Убыр: «Од­на крас­ная, а дру­гая чер­ная». — «А я, ви­дишь, дру­гой мас­ти. Та бы­ла вся чер­ная — и свер­ху чер­ная, и сни­зу чер­ная — зло она ду­ма­ет; а я вся свет­лень­кая, не ду­маю зла». — «Ну, нет, так ру­би!» — ска­зала ста­руха и лег­ла спать. — Ли­сица то­пор и то­чило бро­сила в во­ду, на руб­ленное мес­то нас… и оно ста­ло це­лым.

Убыр вста­ла: «Что это ви­дят мои гла­за?» — По­том плю­нула — ста­ло то­чило, хар­кну­ла — стал то­пор, и на­чала ру­бить.
На вер­ши­ну это­го де­рева к маль­чи­ку при­лете­ла во­рона и го­ворит. «Ак­ку­лак и Сак­ку­лак (со­баки) пок­лон те­бе прис­ла­ли». — Па­рень в от­вет: «Ты ска­жи мо­им со­бакам, что­бы они приш­ли ко мне». — Во­рона на то: «Нет, пусть те­бя убь­ет убыр: мне дос­та­нет­ся тог­да хоть од­на лож­ка кро­ви».

По­том при­летел к маль­чи­ку во­робей: «Ак­ку­лак и Сак­ку­лак пок­лон те­бе прис­ла­ли», — «Ска­жи им: пусть они при­дут ко мне». — Во­робей: «Ес­ли уви­жу, ска­жу». — А ста­руха убырна­лила Ак­ку­лаку и Сак­ку­лаку в уши свин­цу. Во­робей этот сви­нец вык­ле­вал.

Пыль под­ня­лась по до­роге. Ста­руха убыр уви­дела ее и спра­шива­ет Зо­лотую Баб­ку: «Па­рень, па­рень, что это за пыль на до­роге?» — «Это, ба­буш­ка, те­бе ра­дость, а мне го­ре!» — (А на са­мом де­ле) это со­баки бе­гут во всю прыть.
Ста­руха опять спра­шива­ет: «Па­рень, па­рень, что это за пыль на до­роге?» — «Те­бе ра­дость, а мне го­ре».

Ак­ку­лак и Сак­ку­лак при­бежа­ли. Ста­руха убыр бро­сила то­пор в во­ду и са­ма в во­ду ныр­ну­ла.

Ак­ку­лак и Сак­ку­лак ска­зали маль­чи­ку: «Ес­ли мы убь­ем убы­ра, чер­ная кровь пой­дет; ес­ли убыр убь­ет нас, бу­рая кровь пой­дет». — Ска­зали и ныр­ну­ли в во­ду. Че­рез нес­коль­ко вре­мени бу­рая кровь пош­ла; маль­чик зап­ла­кал. По­том че­рез не­кото­рое вре­мя чер­ная кровь пош­ла; маль­чик зас­ме­ял­ся.

По­том Ак­ку­лак и Сак­ку­лак выш­ли из во­ды; убы­ра уби­ли. Бу­рая кровь пош­ла сна­чала по­тому, что убыр отор­ва­ла со­баке ухо.

Вслед за со­бака­ми выш­ла из во­ды и ло­шадь, на ко­торой ехал маль­чик впе­ред. Зо­лотая Баб­ка сел на нее и по­ехал. При­ехал до­мой и сде­лал май­дан на де­вять дней; ло­шадь свою пус­тил бе­гун­цом. Стал жить еще бо­гаче.

Все о сказках для читательского дневника. Русские народные сказки, сказки народов мира, сказки русских и зарубежных писателей.

четверг, 16 мая 2019 г.

Башкирская сказка "Алтын-сака золотая бабка"

Башкирская сказка "Алтын-сака золотая бабка"

Жанр: народная волшебная сказка

Главные герои сказки "Алтын-сака золотая бабка" и их характеристика

  1. Алтын-сака. Молодой юноша. Храбрый, ловкий, охотник.
  2. Старик. Его отец, коневод, кочевник.
  3. Убыр. Ведьма. Жадная, страшная, жестокая.
  4. Конь. Буланый. Красивый, могучий, верный.
  5. Собаки. Верные, храбрые, зубатые.
  6. Лиса. Добрая, хитрая, благородная.

План пересказа сказки "Алтын-сака золотая бабка"

  1. Борода в озере
  2. Требование убыр
  3. Забытая бабка
  4. Выбор коня
  5. Поднятый биток
  6. Погоня на коне
  7. Погоня пешком
  8. Покусанный конь
  9. Алтын-сака на дубе
  10. Три лисицы
  11. Ворон и сорока
  12. Помощь воробьев
  13. Собаки
  14. Победа

Кратчайшее содержание сказки "Алтын-сака золотая бабка" для читательского дневника в 6 предложений

  1. Пообещал старик за свое спасение отдать убыр сына, да поспешил откочевать в новое место.
  2. Алтын-сака забыл свою золотую бабку и решил вернуться.
  3. Он выбрал коня, поднял бабку с земли и за ним погналась убыр.
  4. Алтын-сака залез на дуб, а убыр стала дуб пилить.
  5. Но лиса трижды обманывала убыр и выбрасывала топор.
  6. Воробьи позвали собак, а собаки загнали убыр в озеро и там убили.

Главная мысль сказки "Алтын-сака золотая бабка"
Без друзей плохо, с друзьями хорошо.

Чему учит сказка "Алтын-сака золотая бабка"
Сказка учит не давать опрометчивых обещаний, прислушиваться к советам, следить за поведением животных. Учит не возвращаться за забытыми вещами. Учит помогать друг другу.

Отзыв на сказку "Алтын-сака золотая бабка"
Очень интересная сказка, в которой ловкий юноша Алтын-сака чудом спасся от колдуньи убыр. Он бы обязательно погиб, если бы не добрые и сострадательные звери, которые ему помогли просто так. Это благородная помощь мне понравилась в сказке больше всего.

Пословицы к сказке "Алтын-сака золотая бабка"
Хороша помощь вовремя.
Кто скоро помог, тот дважды помог.
Врагу не кланяйся, для друга жизни не жалей.
Без беды друга не узнаешь.
И комар лошадь свалит, если волк подсобит.

Читать краткое содержание, краткий пересказ сказки "Алтын-сака золотая бабка"
Жили-были старик со старухой и был у них сын, Алтын-сака, пор прозвищу Золотая бабка. Бабкой его называли за то, что был у мальчика золотой биток, и он лучше всех играл в битки.
Однажды, старик отец погнал табун лошадей на водопой. А кони упираются, к воде не подходят. Решил старик проверить, что пугает в озере лошадей. Наклонился к воде, а оттуда убыр, ведьма, высунулась и за бороду его схватила.
Просит старик отпустить его, лошадей и баранов обещает, а убыр требует то, что у него в доме одно. Согласился старик отдать это, отпустила его убыр. И только по дороге домой, понял старик, что ведьма требовала у него сына, Алтын-сака.
Решил старик перекочевать подальше. Только уехали на новое место, хватился Алтын-сака своей золотой бабки. Забыл его на старом кочевье. Решил Алтын-сака за битком вернуться, а старик рассказал ему про убыр.
Но не испугался Алтын-сака, стал совета у отца спрашивать, на каком коне ему лучше ехать.
Старик посоветовал сыну побренчать уздой и конь сам подойдет.
Побренчал юноша уздой, подошел к нему тощий жеребенок. Побренчал Алтын-сака уздой второй раз. Опять тот же жеребенок идет. Видит юноша, делать нечего, придется на жеребенке ехать. Стал его взнуздывать и седлать, а жеребенок сразу в прекрасного жеребца превратился, лучшего во всем табуне.
Спросил конь, куда ехать надо, и посоветовал поднять бабку не слезая с него, чтобы убыр юношу не схватила.
Вернулся Алтын-сака к старому кочевью, а там убыр у костра сидит. Стал Алты-сака просить вернуть золотую бабку, а ведьма ему предлагает самому биток взять. Изловчился Алтын-сака, прямо со спины коня поднял биток и прочь поскакал.
Рассердилась убыр, плюнула, появилась огромная черная лошадь. Пустилась убыр в погоню. Да только лучше конь у Алтын-сака, все быстрее вперед летит.
Еще пуще рассердилась ведьма, сожрала своего коня, пешком в погоню кинулась. Догнала Алтын-сака, стала коня кусать. Конь и говорит юноше, что скакать больше не может, и сейчас в озеро прыгнет. А всаднику советует на дуб забраться и подождать, пока раны на ногах у коня заживут.
Так и сделали. Конь в озеро нырнул. Алтын-сака на дуб забрался.
Прибежала убыр, плюнула, топор появился. Зуб изо рта вытащила, топор наточила, стала дуб рубить. Прибежала лисица, пожалела юношу. Упросила убыр помочь ей дуб срубить. Убыр отдала лисе топор, и сама спать легла.
Лисица топор в воду выбросила, щепки к дубу приставила, дуб целым стал.
Проснулась убыр, видит дуб снова целый. Новый топор наплевала, новый зуб вытащила, опять рубить стала. Снова лисица бежит. На этот раз черная. Опять верит лисе убыр, и спать ложиться.
Просыпается, снова топора нет, а дуб целый. Еще раз плюется убыр, еще один зуб вытаскивает. И снова лисица, на этот раз белая.
И опять выбросила лиса топор в воду, срастила дуб, и Алтын-сака сказала, что больше ни чем помочь не сможет. И так три раза шкуру перекрашивала.
Снова убыр принялась рубить дуб, последний зуб изо рта вытащила. Видит Алтын-сака, схватит его убыр. Стал ворона просить за своими собаками слетать. Ворон отказался, сказав, что если юношу убьют, то и ему пожива будет. И сорока отказалась. А стайка воробьев мигом за собаками слетала, и к дубу собак привела.
Стали собаки убыр кусать, а та от них в воду прыгнула. Собаки и говорят Алтын-сака, что если вода в озере покраснеет, значит убила их убыр, а если почернеет, значит они убыр убили. И прыгают в озеро.
Вода сперва покраснела, это убыр одной собаке ухо оторвала. Потом почернела, это собаки убыр загрызли.
Вылезли из озера собаки, выскочил конь, и все вместе вернулись в кочевье. Собрали старик со старухой гостей, пир устроили. Девять дней и ночей гуляли.

А лтын-сака - золотая бабка. Башкирские сказки!!

К огда-то, давным -давно, жили старик со старухой. У них был всего один сын, Алтын-сака - золотая бабка. Звали его так потому, что у него была золотая бабка - биток. В бабки он играл лучше всех - никто не мог его обыграть.

К ак-то раз старик отправился на озеро поить лошадей. Пригнал табун к воде, а лошади гривами и хвостами трясут, копытами бьют, ржут тревожно, от озера отступают: кто-то хватает их за гривы, тянет за губы - пить не дает.

"Что там такое? — думает старик. — Надо посмотреть".

Т олько он нагнулся к воде - кто-то хвать его за бороду! Попробовал старик вырваться - не может.

В идит старик - вцепилась ему в бороду сама старуха убыр - ведьма. Стал он просить ее:

— Э й, убыр, отпусти меня, не держи! Стадо баранов тебе за это дам!

— Н е нужны мне твои бараны! — отвечает убыр.

— Т абун коней тебе дам, только отпусти!

— И коней твоих мне не нужно.

— Ч то же тебе тогда дать?

— Д ай мне то, что у тебя только одно в юрте.

С тарик в испуге и не подумал, чт'о это у него одно в юрте.

— Х орошо, — говорит, — отдам, только отпусти!

О тпустила его убыр и сказала:

— С мотри, от меня нигде не спрячешься: везде разыщу!

В ернулся старик домой и тут только догадался, чего требовала у него убыр: ведь один-то у него был только сын, Алтын-сака.

З агоревал старик, а жене и сыну ничего не рассказал. Только одно сказал:

— Н адо нам подальше откочевать, здесь места плохие!

П ерекочевали они подальше, поставили юрту. На другой день Алтын-сака хватился своей золотой бабки:

— Г де моя золотая бабка?

О тец говорит:

— В идно, осталась там, где мы прежде жили. Только ты туда не езди: там тебя убыр схватит.

И рассказал все, что с ним у озера было.

В ыслушал Алтын-сака слова отца и говорит:

— Н е боюсь я убыр! Не схватит она меня! Скажи только: на какой лошади мне ехать?

С тал отец отговаривать сына, а тот на своем стоит: не боюсь убыр, поеду. Видит отец - не отговоришь его.

— Л адно, — отвечает, — будь по-твоему, поезжай! Ступай в табун, тряхни короком1, побренчи уздой - какая лошадь к тебе подойдет, на той и поезжай.

П ошел Алтын-сака к табуну. Потряс он короком, побренчал уздой, и сейчас же к нему подбежал шершавый тощий жеребенок. Отогнал его Алтын-сака, пошел к отцу и спрашивает:

— О тец, скажи, на какой лошади мне ехать?

— Г оворю ведь тебе: тряхни короком, побренчи уздой! — отвечает отец.

С нова Алтын-сака пошел к табуну. Тряхнул он короком, побренчал уздой - опять подбежал к нему тот же самый жеребенок.

— В идно, на нем и ехать надо, — сказал Алтын-сака.

Т олько прикоснулся он рукой к шее жеребенка - тотчас спала с жеребенка свалявшаяся грязная шерсть. Только надел узду - жеребенок стал сильным и гладким. Только вывел его из индека2 - жеребенок превратился в статного, рослого коня. Только наложил седло - превратился конь в лучшего скакуна во всем табуне. Спрашивает он Алтын-сака:

— К уда едешь, егет?

— Е ду на прежнюю нашу кочевку, за моей золотой бабкой, — отвечает Алтын-сака.

— Т ам тебя ждет злая убыр, — говорит конь. — Скажет она тебе:

— "Спустись с коня, возьми свою бабку". Ты ее не слушай, не слезай с меня. Слезешь - погибнешь, сожрет тебя убыр! Будь ловче сокола - нагнись и схвати свою золотую бабку.

П оскакал Алтын-сака на своем коне на прежнюю кочевку. Смотрит: старуха убыр сидит у огня, греет руки. Алтын-сака говорит:

— Б абушка, отдай мне мою золотую бабку!

— Э й, сынок, — отвечает убыр, — вот твоя бабка, спустись с коня, возьми ее сам, а у меня спина болит, не могу встать.

И показала золотую бабку.

К онь в это время пригнулся к земле, а Алтын-сака изловчился и схватил бабку. Поскакал его буланый коь что есть силы. А убыр завыла от злости, вскочила, плюнула раз - появилась черная толстая лошадь, плюнула еще раз - появились поводья. Вскочила убыр на свою лошадь и пустилась в погоню за Алтын-сака.

С качет Алтын-сака на своем буланом коне, а убыр - на своей толстой черной лошади. Вот-вот нагонит его, вот-вот схватит! Только у ее лошади подвернулась нога. Захрапела она, захромала, стала отставать.

Д ергает убыр черную лошадь за поводья, бьет ее пятками в бока, а лошадь все тише и тише идет.

Р азозлилась убыр, да с досады и съела свою лошадь. Съела и пустилась в погоню бегом.

Б ежит убыр, сама себя подгоняет - бьет себя кулаками и по спине и по бокам. Настигла она буланого коня, укусила его за правую ногу. Поскакал конь на трех ногах. А убыр не отстает - опять догнала коня, укусила его за левую ногу. Собрал конь последние силы, стал уносить Алтын-сака от убыр. Да не много е него силы осталось.

Д оскакал он до озера и говорит:

— Н е могу я больше бежать! Спрячусь от убыр в озеро, а ты поскорее взберись вот на тот дуб. Заживут мои ноги - повезу тебя дальше.

С казал это конь и нырнул в озеро. А Алтын-сака быстро взобрался на дуб, что рос возле озера, и уселся на самой вершине.

П рибежала убыр, увидела Алтын-сака на дубу и кричит:

— П опался теперь, стащу тебя вниз, съем тебя!

П люнула она раз - появился топор. Вытащила убыр изо рта зуб и давай точить на нем топор. Наточила и принялась рубить дуб. Щепки так во все стороны и летят.

П рибежала на шум лисица и спрашивает:

— Э й, бабушка, зачем рубишь дуб?

— И ли не видишь, кто на дубу сидит? — спрашивает убыр. — Срублю дуб, схвачу этого егета и съем его!

В зглянула лисица на дуб, видит - сидит на вершине хороший егет. Пожалела его лисица и говорит убыр:

— С тарая ты! Зачем мучаешь себя? Дай я за тебя дуб срублю!

— Н ет, нет! — говорит убыр. — Я сама дуб срублю, сама егета съем!

А лисица не отстает от нее:

— Я дуб срублю, а ты егета съешь!

Д ала убыр лисице топор, а сама легла под дубом, да сейчас же и заснула. Убыр спит, храпит - изо рта, из носа у нее искры сыплются, дым валит. А лисица тем временем и топор и зуб-точило в озеро бросила, собрала все щепки и приложила к порубленному месту. Поплевала, полизала - щерки тотчас и приросли, стал дуб опять целым.

С делала это лисица и говорит:

— Н у, егет, прощай! — и убежала.

П роснулась убыр, глянула на дуб и говорит:

— Ч то это видят мои глаза? Дуб опять цел, будто я его и не рубила!

О бругала убыр лисицу, потом плюнула раз - появился топор. Вытащила убыр изо рта второй зуб - принялась точить топор. Точит, а сама поглядывает на Алтын-сака и говорит:

— С рублю дуб, съем тебя!

Н аточила убыр топор, стала дуб рубить. Летят щепки во все стороны, трясется дуб, еще немного порубить - и свалится.

П рибежала лисица и спрашивает:

— Ч то делаешь, бабушка?

— Д уб рублю.

— З ачем рубишь?

— Х очу вот этого егета достать - съесть!

Л исица говорит:

— Н е утруждай ты себя! Разреши мне дуб срубить!

— Н ет, нет! — ворчит убыр. — Сама срублю! Сама егета съем!

— Я для тебя дуб срублю, а ты егета съешь! — говорит лисица.

— Н ет! — кричит убыр. — Не дам тебе топор! Была здесь одна лисица, тоже обещала мне помочь, да обманула меня!

— А какого она цвета? — спрашивает лисица.

— Р ыжая она! — отвечает убыр.

— А ты, бабушка, не верь рыжим, — говорит лисица. — Рыжие - все обманщицы. Верь только нам. черным лисицам!

Г лянула убыр - лисица и вправду черная. Отдала она лисице топор, а сама легла и тотчас захрапела - изо рта, из нса искры у нее сыплются, дым валит.

Ч ерная лисица топор и зуб-точило в озеро бросила, щепки к рубленому месту приложила, поплевала на них, полизала их, они и приросли крепко. Опять дуб стал целым. Попрощалась лисица с Алтын-сака и убежала.

Н емного спустя проснулась убыр. Взглянула на дуб и давай кричать:

— Ч то это видят мои глаза? Дуб опять цел!

П люнула убыр - появился топор. Вытащила она у себя изо рта третий зуб - стала точить топор. Наточила и принялась дуб рубить. Рубит, а сама и егета и лисицу на чем свет стоит ругает. Рубила-рубила убыр, до половины дуб перерубила. Смотрит Алтын-сака вниз и думает:

"Не спастись мне теперь от убыр. "

Г лядь - бежит белая лисица. Подбежала к дубу и говорит убыр:

— Б абушка, давай я помогу тебе - буду дуб рубить!

— У бирайся прочь, пока цела! — кричит убыр. — Уже два раза обманули меня лисицы и убежали!

— К акие они были, бабушка? — спрашивает лисица.

— О дна рыжая, другая черная, — отвечает убыр.

— Н е верь, бабушка, рыжим и черным, — говорит лисица, — они всех обманывают. Верь только нам, белым полевым лисицам! Я тебя не обману, я помогу тебе!

Д ала убыр лисице топор и легла спать. А лисица бросила топор и зуб-точило в озеро, собрала быстро щепки и приложила их на рубленое место. Поплевала, полизала - они и приросли.

— Н у, егет, — говорит лисица, — три раза я тебе помогала, и черной и белой глиной шкуру красила, чтобы убыр меня не узнала. А теперь больше ничем не могу тебе помочь!

П опрощалась и убежала.

П роснулась убыр и закричала:

— Ч то это видят мои глаза? Дуб будто никогда и не рубили!

П люнула она - появился топор. Вытащила изо рта последний зуб - стала топор точить. Наточила и давай дуб рубить. Рубит и бормочет:

— Т еперь никаких помощников не возьму! Сама управлюсь!

Л етят щепки во все стороны, качается дуб, скрипит - вот-вот рухнет.

В идит Алтын-сака - не спастись ему от убыр. Сидит он, раздумывает: что делать? Вдруг прилетел ворон и сел на вершину дуба. Стал Алтын-сака просить ворона:

— Э й, друг ворон! Ты везде летаешь, везде бываешь. Лети на наше новое кочевье, найди моих собак Аккулака3 и Актырнака4, скажи им, чтоб бежали ко мне на помощь!

— Н е полечу, — отвечает ворон. — Пусть тебя схватит убыр: будет тогда и мне пожива!

У селся на ветку, стал ждать.

С мотрит Алтын-сака по сторонам: не будет ли откуда помощи? В это время подлетела к дубу сорока. Алтын-сака говорит ей:

— Э й, друг сорока! Везде ты летаешь, везде бываешь. Лети на наше новое кочевье, скажи моим собакам Аккулаку и Актырнаку, чтоб бежали скорее ко мне на помощь!

— З ачем полечу? — отвечает сорока. — Когда убыр будет есть тебя, перепадет и мне что-нибудь!

Е ще больше загоревал Алтын-сака.

"Скоро конец мне!" - думает.

В это время появилась у него над головой стайка воробьев. Алтын-сака говорит им:

— Э й, друзья, серые воробышки! Летите на наше новое кочевье, найдите моих собак Аккулака и Актырнака, скажите им: хочет убыр погубить вашего хозяина!

— Н айдем! Найдем! Скажем! Скажем! — зачирикали воробьи и улетели быстро.

П рилетели воробьи на кочевку, нашли собак. А собаки всюду бегали, давно уж разыскивали своего хозяина и так устали, что упали как камни и заснули. Стали воробьи клевать их в уши, стали будить. Разбудили и давай чирикать:

— Э й, Аккулак и Актырнак! Бегите скорее к большому дубу, что растет возле озера, спасайте своего хозяина - убыр его съесть хочет!

В скочили Аккулак и Актырнак и помчались на помощь Алтын-сака. Воробьи над дорогой летят, собаки вслед за ними по дороге бегут, пыль поднимают.

З авидела убыр пыль и спрашивает Алтын-сака:

— Е гет, егет, посмотри, что это за пыль на дороге?

— Э то мне на радость, а тебе на горе! — отвечает Алтын-сака.

З аслышала убыр топот собачьих ног и спрашивает:

— Е гет, егет, что за гром это гремит?

— Э то мне на радость, а тебе на горе! — отвечает Алтын-сака.

В это время Аккулак и Актырнак подбежали, кинулись на убыр и давай ее рвать да кусать. Убыр испугалась, бросила топор в озеро и сама туда же нырнула. Собаки говорят Алтын-сака:

— С ейчас и мы за убыр в озеро нырнем, а ты смотри на воду: если мы убыр убьем - вода в озере почернеет; если убыр нас убьет - вода красной станет.

С казали и бросились в озеро.

З абурлило озеро, волнами покрылось.

С мотрит Алтын-сака - покраснела вода. "Ну, — думает, — убила убыр моих собак!" Еще раз глянул, видит - стала вода черной. Обрадовался Алтын-сака, засмеялся и слез с дуба. Тут Аккулак и Актырнак вышли из воды, стали отряхиваться.

— П очему вода в озере сначала покраснела? — спрашивает их Алтын-сака.

А ктырнак говорит:

— П отому что убыр стала одолевать нас и оторвала мне ухо, да мы скоро расправились с ней!

В след за собаками вышел из озера и буланый конь.

— Н у, — говорит, — садись на меня, егет, повезу тебя домой!

В ернулся Алтын-сака на кочевку живой и невредимый. Обрадовались отец и мать, устроили большой пир. Созвали на пир всех родных и всех знакомых. Девять дней ели, девять дней пили, девять дней веселились.
+++++++++++++++++++

И удивлялись братья друг на дружку. Хан всех их слушал. Пришел к ним. — «Вот какие молодцы ребята пришли! Какие дела делали: сроду так не придется никому делать!»

Как хан сказал свое слово, так и охота ему делать — свое государство отдать малому брату. А этот малой брат отпирается: «У меня есть большак.Вот, — говорит, — если желаешь, пусть большакбудет на моем месте». — Хан отдал большую дочь большакуи свое государство ему отдал; середнему брату середнюю дочь отдал, малую — малому. Всех трех дочерей отдал. И живут теперь.

97(98). ЗОЛОТАЯ ГОРА

Рассказал М. Мухаметов

Был один рабочий человек. Он пошел работу искать. Дело было в Петропавловске в городе. На базаре подошел к нему один татарин: «Ты что, — говорит, — рабочий человек, наниматься будешь? Сколько, — говорит, — просишь?» — «10 рублей прошу, — говорит, — в месяц». — Согласился хозяин, с собой тащил домой работника. Пришел домой хозяин, сказал кухарке: «Вот, — говорит, — новой работник, ты его корми, пой!» — говорит.

Потом хозяин опять зашел, показал ему работу: — «Вот пара лошадей, вот повозка, вот еще пара лошадей. Ты утром рано, — говорит, — запрягай, в 12 часов утра. Вот, — говорит, — еще (привел его в другой сарай) есть кобыла жирная, ее привяжи, — говорит, — сзади». — Ну, работу показал хозяин, да сам пошел в избу, а работник пошел в другую избу, в куфню.

В 12 часов утра хозяин работника разбудил: «Запрягай, — говорит, — лошадей!» — Работник все как следует изготовил: запрег две пары лошадей, привязал сзади кобылу. Потом хозяин взял с собою четверть вина и гуся; кухарка работнику дала бутылку вина и утку. Сели, поехали.

Ехали, ехали; остановились около горы. Хозяин начал колоть кобылу. Потом отдал хозяин работнику хороший кусок, заставил маханварить. — «Поставь, — говорит, — самовар, готово будет, так меня скричи», — Работник все изготовил, хозяина скричал: «Все готово».

Хозяин пришел, налил ему стаканчик вина, потом другой, третий. Работник пил, пил да стал пьяный. Хозяин утащил его туда, где колол кобылу, да в кобылье брюхо и зашил. (Кобыла еще целая лежала, только кишки были вынуты: туда и положил работника.) Потом хозяин отошел от того места и смотрит. Прилетел орел и утащил работника, вместе с кобылой, на вершину горы.

Хозяин ждет, когда работник встанет. Он положил вместе с ним ножи: «Протрезвится, — говорит, — так выйдет (из кобыльего брюха)». — Много время стоял, ждал; потом работник вышел, встал и кричит хозяину: «Почему я здеся? — говорит. — Хозяин говорит: «Там, — говорит, — золотой камень (алтын-таш) есть, бросай его сюда!» — Работник зачинает прямо бросать, хозяин складывает в телегу. Потом работник спросил у хозяина: «Довольно ли, хозяин?» — «Довольно!» — говорит.

«Что, — говорит (работник), — у которого места я буду слезать? — говорит. — «Нет, — говорит, — не можешь ты слезать оттуда! Орел кобылу кончает, — говорит, — потом тебя кончить.

Ну, потом работник ищет низкого места, где бы слезать. Нашел один камень, поднял его; под камнем дыра. — «Ну, чё будет, так будет! Этой дырой пойду». — Пошел в дыру и вышел, наконец, как раз на то место, где хозяин кобылу колол. Ну, потом, значит, пошел домой.

Пришел опять в Петропавловский город, там гуляет на базаре опять.

Опять тот же хозяин подошел к нему, сказал: «Ну, рабочий человек, наниматься будешь ко мне?» — «Буду, — говорит. — Сколько дашь в месяц?» — «10 рублей, — говорит хозяин. — Согласился за 10 рублей. Хозяин тащил его домой. Кухарке сказал: «Пой-корми, работника, — говорит, — нанимал». — «Чай пей; потом, — говорит, — тебе работу, — говорит, — покажу». Зашел опять к работнику, показал ему: «Вот, — говорит, — пара лошадей тебе, повозка. Запрягай утром рано, в 12 часов поедем». Потом другую повозку показал и другую пару лошадей: «Вот и это, — говорит, — запрягай!» — Потом жирную кобылу показал: «Вот, — говорит, — сзади привяжи». — Хозяин пошел в свою комнату, работник пошел в куфнюспать.

В 12 часов утра хозяин работника разбудил. — «Вот, — говорит, — вставай, запрягай, поедем!» — Работник все запрягал, как сказал хозяин. Потом хозяин взял четверть вина с собой; кухарка дала работнику бутылку вина да утку. Поехали.

Ехали, ехали, остановились опять около горы. Хозяин зачинал кобылу колоть, работника заставил мясо варить. Хозяин сказал ему: как поспеет, так меня скричи; я приду обедать». — Ну, работник все сготовил, сварил, да потом хозяину скричал, что, говорит, «все готово». — Ну, потом хозяин пришел обедать, садил вместе и работника, стаканчик вина наливал и подавал работнику. Работник выпил. Хозяин опять наливал стаканчик, опять подавал работнику. Работник этого вина не пил: «Хозяин, — говорит, — что сам не пьешь, все меня угощаешь?» — Хозяин зачинал пить, стаканчик выпил; опять малайкуподавал, работнику. Малайконе пил его, выливал на землю. Потом хозяин себе наливал, выливал на землю. Работник сказал: «Что, хозяин, не пьешь? Что льешь на землю? Ведь деньги плачены у тебя?» — Хозяин другой наливал да пил.

Ну, потом хозяин стал пьяный, лежит без ума. А работник трезвый; пошел к кобыле. — «Что, — говорит, — там хозяин наделал?» — Видит: так приготовлена нитка, иголка, шило. — «Ну, — говорит работник, — как со мной хотел сделать, так с ним сделаю!» — Хозяин лежит пьяный. Работник кое-как дотащил его, затолкал кобыле в брюхо и зашил его. Вместе с ним положил ножик. Сделал все так, как с ним было. Сам ушел оттудова глядел (издали). Прилетел орел и утащил хозяина на гору вместе с кобылой.

Ждет работник хозяина. Много время прошло; хозяин встал, кричит работника: «Что? — говорит, — где будем слезать?» — Работник ему сказал: «Там есть камень золотой, бросай его сюда!» — Хозяин бросает, работник кладет; два воза наклал. Хозяин кричит ему: «Довольно ли. Где будем слезать?» — «Нет, — говорит, — хозяин! Где, — говорив — меня орел кончал,так и тебя кончит!»

Пошел работник домой. Пришел в Петропавловский город. Золотый камень-то весь продал. Потом пировал да все растерял. Сам стал босяком; босяком живет и теперь.

98(108). ЗОЛОТАЯ БАБКА

Рассказал С. Якупов

Давно-давно жил один старик со старухой. У них был один только сын, по имени Золотая Бабка (Алтын-сака). У этого мальчика была золотая бабка — биток; он играл с ребятами в бабки и всегда выигрывал.

Однажды отец его пошел на озеро поить скотину; пригнал табун на воду, а скотина не пьет: хвостами и ногами болтает и бородами трясет, а не пьет. В воде кто-то хватал скотину за бороду и начинал тянуть за губу. Это была старуха убыр(колдунья, ведьма).

Старик сказал ей: «Пусти мою скотину, не держи!» — «Отдай мне то, что у тебя одно только!» — «Стадо баранов отдам, отпусти!» — говорил старик. — «Нет, что одно только у тебя, то отдай!» — Старик: «Ну, отдам!» — говорит. — Тогда отпустила скотинку.

Старик решил тогда перекочевать с семьей на другое место. Взял на прежнем месте зарыл в золу золотую бабку сына и уехал.

Перекочевали они в другую землю. Сын и спрашивает отца: «Отец, где моя золотая бабка?» — Отец ответил: «Спроси у матери». — Спросил матери. Та сказала: «Она осталась в той земле, где мы прежде жили; в золу захоронили ее».

Сын спрашивает отца: «На какую лошадь садиться мне? (Чтобы ехать за золотой бабкой)». — Отец ответил: «Тряси арканом, тряси уздой!» — Сын тряс арканом, тряс уздой — один худой жеребенок взглянул на него. — «Отец, отец, на какую лошадь мне садиться?» — «Ай, е…» Говорил ведь я тебе: тряси арканом, тряси уздой!» — Стал опять трясти арканом, потом уздой — давешний плохой жеребенок опять взглянул на него. Тогда он оседлал этого жеребенка, сел на него — и стала хорошая лошадь. Сел и поехал.

Поехал, видит: какая-то старуха сидит и играет с его золотой бабкой. — «Бабушка, дай мне золотую бабку!» — «Нет, дитятко, у меня спина болит; слезай, бери сам!» — В это время лошадь у мальчика повернулась на коленках, взяла у убыразолотую бабку и убежала.

Читайте также: